Иногда это совпадение, а иногда — намерение, гласит народная мудрость. Действительно, убийство Александра Нешовича Баи в ресторане в Сеняке, пожалуй, можно рассматривать как единичный случай, когда погиб видный член сербского подполья, связанный с правящей Сербской прогрессивной партией (СНП). Хотя в последнее десятилетие такое случалось нечасто, в криминальном мире подобные конфликты, когда расходящиеся интересы разрешаются таким образом, не являются чем-то неслыханным. Последние десять лет характеризуются тем, что в мафиозных разборках обычно погибали мелкие сошки, а люди, близкие к правящей партии, могли оказаться в тюрьме только в том случае, если заходили слишком далеко, как Велько Беливук и его сообщники. все звезды Команда фанатов-преступников.
Однако в тот момент, когда Милан Остоич, известный как Сандокан, глава «группы Сабача» и владелец права пользования неформальным палаточным поселением сторонников правительства, был тяжело ранен в Шабаце, по отношению–à–по отношению В парламенте Сербии многие были удивлены и задавались вопросом, какая криминальная структура достаточно сильна, чтобы нападать на людей из первой группы СНС.
Кто настолько смел (или безумен), чтобы сознательно нападать на очень серьезных и опасных людей, которые расплачиваются с богиней Справедливости частями, находясь на передовой борьбы против нее? оно цвететИли, может быть, речь идёт о каком-то другом процессе, напоминающем период между окончанием бомбардировок НАТО и 5 октября 2000 года, когда в уличной войне в Белграде погибло больше преступников, чем за всё последнее десятилетие XX века до этого момента.
К настоящему моменту читателю уже известно, что Остоич (51) был тяжело ранен 8 июля в Шабаце, когда двое мужчин напали на него с огнестрельным оружием. Предположительно, он получил несколько огнестрельных ранений во время нападения, а мотив нападения неизвестен. После ранения в спину его сначала доставили в госпиталь в Шабаце, а затем сразу же в Военно-медицинскую академию (ВМА) в Белграде (эта деталь важна, мы к ней еще вернемся).
За покушение на убийство всего через полтора дня были арестованы УМ (32) и ММ (32), оба из Убы, так что не будет преувеличением сказать, что полиция заработала свою зарплату в этом деле. Возможно, кто-то, кто занимается этим делом, выяснит, почему эта служба не столь эффективна в других случаях, но мы лишь изложим эти факты и сразу перейдем к биографии Остоича.
КТО ТАКОЙ МИЛАН ОСТОЙИЧ САНДОКАН?
В профессиональной среде Остоич считался человеком, сыгравшим одну из главных ролей в преступной группировке «Сабачка», которая во многих случаях была связана с торговлей наркотиками, грабежами, угонами автомобилей и убийствами.
В СМИ сообщают, что в «Белой книге организованной преступности», составленной Министерством внутренних дел после демократических преобразований 2000 года, он впервые упоминается как член преступной организации из Шабаца, возглавляемой Углешей Арнитовичем, члены которой имели «бизнес», распространяющийся из Белграда через Республику Сербскую в Черногорию.
В 2013 году Остоич был признан виновным в подстрекательстве к убийству некоего Синиши Кромека, при этом он был оправдан по обвинениям в преступном сговоре и торговле наркотиками. Хотя первоначально он был приговорен к 20 годам лишения свободы, апелляция сократила его срок вдвое, и в итоге он отсидел пять лет и был освобожден в 2018 году.
Он привлек к себе внимание общественности благодаря разговорам с тогдашним мэром Шабаца Небойшей Зеленовичем, который несколько лет назад назвал Остоича человеком, «сеющим страх», который не позволяет прогрессивным силам Шабаца услышать ни одного важного голоса.
Зеленович теперь заявляет изданию «Време», что Остоич — один из самых влиятельных людей в СНС из «серой зоны» Шабаца, и что в этом городе без него невозможны никакие кадровые назначения в муниципалитете или государственных предприятиях. Он также утверждает, что Остоич оказывает влияние на работу других органов и что СНС в Шабаце не смогла бы выиграть ни одни выборы за последние несколько лет, если бы он и его команда заранее не «подготовились» к выборам и дню голосования.
«Дело в том, что Сандокан, как и другие деятели политической жизни с криминальным прошлым, находится под наставничеством президента Сербии Александра Вучича. Если бы не он, СНС не смогла бы одержать победу ни на одних выборах с 2018 года, когда он вышел из тюрьмы. Остоич оказывает серьезное влияние на политическую жизнь в Шабаце», — утверждает Зеленович.
В отличие от Александра Нешовича Баи, который был связан с СНС косвенно, через свою жену, которая вместе со своей сестрой руководила агентством, нанимавшим людей для колл-центра СНС перед выборами, связь Остоича с правящей партией была гораздо более прямой и жестокой.
Очевидцы утверждают, что в ноябре 2023 года он организовал и возглавил группу головорезов, которые напали на заблокированных граждан на мосту в Шабаце. Затем они атаковали людей экскаватором и шестами, но нападение было остановлено одним из граждан, который забрался на транспортное средство и обезвредил водителя кулаками.
Недавно СМИ опубликовали фотографии Остоича, проживающего в так называемом Чациланде, и на одном из снимков он был в палатке, где депутат правительства Углеша Мрдич проводил забастовку перед зданием парламента (Бог знает почему).
Последнее публичное выступление Остоича перед травмой состоялось 19 мая, когда он вступил в словесную перепалку с собравшимися гражданами возле белградской площади Славия, после чего вступил в конфликт с необычайно смелым студентом, который, по всей видимости, не знал, кто находится перед ним.
Позже студенту стали поступать угрозы, а также ему сообщили, что Остоич якобы предлагал деньги своим сообщникам за помощь в поиске этого студента. Дело также было передано в полицию, но общественность не получила никакой информации о том, как продвигалось расследование.
В отличие от того дела, которое не получило судебного завершения, иск Остоича против Зеленовича, поданный в 2020 году, закончился для ответчика отрицательно: он был приговорен к выплате 100 000 динаров за ущерб репутации и чести.
«В рамках этого гражданского иска я обязан выплатить 100 000 динаров, потому что суд постановил, что я причинил ему моральный вред. А именно, на пресс-конференции я перечислил судебные разбирательства и решения, вынесенные против него. Вот так обстоят дела», — заявил недавно Зеленович в интервью газете «Данас».
фото: чупБыстрый арест: подозреваемые в нанесении ранений Остоичу
ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОТЕРЯЛО КОНТРОЛЬ
Собеседники издания «Времен», знакомые с ситуацией в криминальной среде, сходятся во мнении, что участившиеся нападения, жертвами которых становятся люди, близкие к СНС, свидетельствуют о том, что правительство утратило контроль над криминальными кланами.
Адвокат Иван Нинич заявил изданию «Време», что ранение Остоича не было единичным случаем и розыгрышем в баре, а логическим следствием распространения системы, в которой грань между исполнительной властью и организованной преступностью полностью стерта.
«Когда государство годами использует осужденных криминальных группировок для грязных дел на местах, от подавления протестов и запугивания граждан на улицах до выжимания голосов за Шабаца, оно сознательно берет на себя роль гаранта их безопасности. Однако эта безопасность — всего лишь иллюзия. Тот факт, что в последнее время жертвами мафиозных столкновений все чаще становятся люди, близкие к правящей структуре, свидетельствует не о том, что правительство теряет свой авторитет, а о том, что оно теряет контроль над созданным им самим Франкенштейном», — сказал он.
Ниник добавил, что внутри этих структур растет беспокойство, потому что некоторые считают, что им платят меньше, чем они заслуживают, поэтому они пытаются доплатить разницу самостоятельно.
«И они сами видят, что этот прогрессивный «Титаник» тонет. Создана система, вышедшая из-под контроля. Когда вы предоставляете преступникам ресурсы, логистику, роли, не соответствующие их гендерной идентичности, и иммунитет от уголовного преследования, вы фактически разрушаете институты. Затем, когда внутри этого картеля срываются деньги, влияние или невыполненные обещания, конфликты больше не разрешаются в институтах, потому что их не существует, а они возникают на асфальте. С другой стороны, кинематографическая скорость ареста полицией нападавших в Сандокане — это четкий сигнал режима о том, что нападение на их полевых рейдеров рассматривается как прямое нападение на само государство, в то время как обычные граждане и активисты остаются совершенно беззащитными», — добавил Нинич.
Углеша Бокич, журналист газеты «Данас» и бывший инспектор полиции, заявил изданию «Време», что власти сильно ошибаются, полагая, что способны контролировать место преступления.
«Я бы не сказал, что правительство утратило свой авторитет в отношении преступников, я думаю, оно потеряло контроль, потому что их слишком много. Правительство присвоило себе преступность, и в этих структурах нет никого, кто не был бы так или иначе связан с режимом. Поскольку это уже так, возникает конфликт интересов, который преступники разрешают таким образом. Они не знают другого способа», — сказал Бокич.
Бокич добавил, что тот факт, что Остоича перевели в ВМА в Белграде после травмы, показывает, что он очень важен для властей, поскольку на такое лечение не каждый может рассчитывать.
«Однако правительство ошибается, полагая, что может контролировать преступников. Именно поэтому можно ожидать, что подобных ситуаций будет больше. Когда преступность сосредоточена под одной крышей, иначе и быть не может», — считает он.
Комментируя публичные заявления о том, что рост преступности в сербском подполье напоминает события последнего года правления бывшего президента СРЮ Слободана Милошевича, Бокич отметил наличие некоторых сходств, и самое главное из них заключается в том, что уже тогда все видные преступники имели определенные связи с тогдашними властями.
Адвокат Нинич считает, что параллель с тем периодом «полностью оправдана и исторически точна»: «Тогда, как и сегодня, мы стали свидетелями явления, когда подполье начало пожирать само себя, потому что экономическая и политическая база режима начала трескаться. Преступность всегда является лакмусовой бумажкой социальных изменений. Когда мафия чувствует, что политические покровители ослабевают, что давление общественности и граждан на улицах усиливается и что социальный климат меняется, в этих кругах начинается паника, и эта паника всегда измеряется цифрами. То, что мы видим сегодня, — это поздняя, терминальная фаза любого автократического режима, заключившего сделку с дьяволом. Когда государство становится крупнейшим работодателем для преступного мира, тогда улица становится единственным судом, и ранение Сандокана — это венчающее доказательство того, что эта карточная башня серьезно рушится».
Тот факт, что в данной ситуации история мрачных девяностых может повторяться, не означает, что общественность понимает мотивы роста преступности. За последние несколько месяцев в Белграде горело множество баров и кафе, владельцы которых были связаны с этим заведением, а виновников в большинстве случаев не ловили, и полиция не объявляла мотивы этих нападений.
Остается надежда, что нам больше не придется ждать, пока кто-нибудь из беглых черногорских или осужденных сербских преступников свяжется с нами через YouTube и объяснит, кто застрелил Остоича и почему, учитывая, что они, очевидно, разбираются в этих вопросах гораздо лучше, чем национальные судебные органы, прокуратура и полиция.
